February 26th, 2011

Один американец...

Оскудев и поиздержавшись из-за непомерных расходов на Революцию, занялся тут научной халтурой, оттого и на связь не выходил. Научной халтурой у нас заняться не проблема, ибо кадровый голод суров! Вот тут сейчас поприжало одного богатого дядю. Ему там кое-что патентнуть надо по медицине, а для этого требуется полный компонентный анализ двух природных соединений. У дяди того своя шикарная лаборатория, но там все очень умные и гордые – как эльфы из Валинора. Дядя потыкался-потыкался туда-сюда среди своих сотрудничков-нольдорцев, одну только тетеньку нашел, которая заявила – я готова! Полгода, мол, всего – и вуаля. Тогда дядя плюнул тупой бабе в харю и поплелся ко мне, орку Мордорскому. И уж я его принял с распростертыми объятьями. У нас, у орков, ведь как? – неделя и готово, а деньги на бочку. И все довольны.    

И с немцами-колбасниками ранее тоже такое проворачивали. И вообще предложений много (из узких кругов, понятно) – но я, однако, один. И это хорошо. 

Сталбыть, шарашу сейчас на хроматографе, про который мы уже писали всякие ужасы – как, например, нам его собирала баба – «сервис-инженер»

Ну а походу дела, между лафитом и клико, мне тут рассказали историю. Значится так – один американец засунул в жо… стоп. Это я что-то не в ту степь заехал, погорячился. А дело, на самом деле, было так. Один американец, многообещающий молодой биолог, специалист по генетике патогенных и непатогенных микроорганизмов, по эволюционной геномике бактерий, их биохимии, протеомике et cetera, поехал в Африку. В экспедицию. И там, в экспедиции, или даже, скорее, в командировке, он практиковался на всяких неграх и арабах, лечил их там экспериментальными вакцинами для стерилизации, проводил индикацию и идентификацию возбудителей триппера, холеры, кровавого поноса и лихорадки Эбола. Работал увлеченно (без дураков реально работал), и наткнулся на интересный, ранее неописанный патогенный микроб. 

А Африка – это вам не Канзас! И даже не Пенсильвания. Короче, толком бациллу ту интересную охарактеризовать-изучить возможным не представлялось. Молодой продвинутый специалист только и смог, что чистую культуру получить. А тут и срок командировки истекает. 

Будь на месте того ученого бывалый опытный Зубр, он бы ту культуру вместе с чашкой Петри выкинул в ближайший колодец от греха подальше – опейтесь, чернокожие братья – да и уехал в свою Америку. Но не таков был наш орел! Его сверлил зуд научного поиска и открытий чудных. 

Молодой перспективный ученый берет и аккуратно запаивает культуру в стеклянную ампулу со стабилизирующей средой. Ехать до Америки недалеко – на джипе через болота часов пять, далее на вертолете до аэропорта, потом пересадка в Европе и перелет через Атлантику. Всего-то полтора суток и ты дома. И все это время наш микробиолог амулку ту бережет, охлаждает сначала в переносном холодильнике, потом мороженным и вообще высиживает ее, трясется и беспокоится – только бы довести до родной лаборатории. 

И вот таможенная зона в США! Кругом терроризм, кругом детекторы, сканеры, тотальный досмотр, включая ректальный обыск, отрывание подошв и отрезание подметок. Пасту зубную из тюбиков выдавливают! А наш герой гордо стоит в очереди, только в кармане пиджака, обернутая платочком, вышитым женой, покоится Ампула. 

Но вот последний рубеж – там афроамериканская баба-пограничник визы проверяет, сверяет морды пассажиров с фотографией Усамы бен-Ладена, шлепает печати. Вот и очередь нашего героя науки, Джона Смита. Джон Смит (назовем его пока так), протягивает пачпорт в окошко… 

(Окончание следует).

ЗЫ. И все равно не угадаете концовку:)