April 24th, 2012

Наш российский Инцитат

А ведь скоро, уже через две недели, тэг «Господин Президент» изменит свою смысловую нагрузку. Не сильно, конечно, ибо Айфон Бадминтоныч будет еще долго продолжать радовать нас на посту Премьера, что, в общем, говорит сразу обо всей дальнейшей внутренней политике в государстве российском. И о его, государства, судьбе. Ну а что? Пока граждане не озвереют от капитализма как такового, пока еще многие (как вон моя теща) говорят - только, не дай бог, не обратно в "совок" - до тех пор все будет идти как идет - в пропасть. И не важно под чьим руководством - путь то один, и Россия, как часто нам говорят, с него не свернет!.

Но пока еще он, наш либеральный Инцитат, куражится-веселится на высшем государственном посту. И многие граждане на полном серьезе что-то там обсуждают. Вот типичный анонс главной сегодняшней новости «Политологи разошлись во мнениях - выступил президент перед Госсоветом как будущий премьер или его речь была формальностью». Раньше-то такие с позволения сказать выступления анализировали психоаналитики. А теперь, чуешь, аж политологи. Взрослые дядьки получают большие деньги за статьи, в которых что-то там «анализируют» - а чего, спрашивается, там анализировать? Хотя за деньги можно и не такое обсуждать на серьезных щах, все мы все понимаем. Вон у Калигулы – ажно лошадь в сенаторах была и ничего, никто и не пикнул.

Сначала Калигула сделал его гражданином Рима, затем сенатором, и наконец занёс в списки кандидатов на пост консула. Дион Кассий уверяет, что Калигула успел бы сделать коня консулом, если бы не был убит (59. 14). Светоний подтверждает это намерение.

Кроме того, после того, как Калигула объявил себя богом, ему понадобились жрецы. Верховным жрецом для себя он являлся сам, а подчинёнными жрецами стали Клавдий, Цезония, Вителлий, Ганимед, 14 экс-консулов и, разумеется, Инцитат. За должность каждому требовалось заплатить 8 000 000 сестерциев (Калигула искал средства наполнения опустевшей казны). Чтобы конь смог собрать нужные средства, от его имени все лошади Италии были обложены ежегодной данью, в случае неуплаты они отправлялись на живодёрню.

Наконец, он объявил своего коня «воплощением всех богов» и приказал его почитать. К обычной форме государственной присяги добавилось «ради благополучия и удачи Инцитата».

После убийства императора в защиту Инцитата было сказано, что он, в отличие от прочих сенаторов, никого не убил и не дал императору ни одного дурного совета. Сенаторы также столкнулись с проблемой: по римским законам до окончания срока полномочий никого из сената, даже коня, выгнать было нельзя. Тогда император Клавдий нашел выход: Инцитату урезали жалованье, и он был выведен из состава сената, как непроходящий по финансовому цензу.