February 26th, 2013

Новости гомосексологии

Сейчас подготовляю две очередные научные статьи. Статьи будут опубликованы в одном из рецензируемых журналов, издаваемых издательством Elsevier.

Издательский дом Elsevier на текущий момент издает порядка 2748 рецензируемых международных научных журналов. И ему, Элшвиеру, лишних проблем не надо. Ибо проблем и так хватает.

Статьи в журналах, издаваемых издательствами такого типа как Elsevier, выпускаются после двойной экспертизы. Я лично, например, там опубликовал не менее 50 манускриптов (в одной из областей точных наук - сейчас не будем уточнять), и, соответственно, примерно 50 рукописей отрецензировал. Рецензент при осуществлении рецензирования кладет на чашу весов свою научную репутацию – то есть, если такой-то ученый говорит, что данная статья публикабельна, то он ручается за объективность полученной информации головой, жопой, авторитетом. Другими словами – рука руку моет. Однако ничего лучше на данный момент не придумано. Ибо без экспертизы и рецензирования журнал тут же превращается в клоунаду и посмешище.

Дабы слегка поразвлечь своих читателей, приведу знаменитый отрывок про рецензирование псевдонаучного бреда из «Эшелона» Шкловского (русским националистам пламенный привет – зацените тока список фамилий действующих лиц – это просто мечта антисемита!):

Нас, астрономов, стали засыпать бесчисленными совершенно бредовыми космогоническими гипотезами. Впрочем, не будем так суровы к бедным маньякам: ведь если на профессиональном уровне господствовали тогда вполне психопатологические идеи и методы пробивания этих, с позволения сказать, «теорий», то что же оставалось делать «настоящим», так сказать, «освобождённым» психам? Именно в это время с чудовищной энергией нас, астрономов, стал атаковать некий Шварцман. Его плодовитость была угрожающая. В нашем центральном органе – «Астрономическом журнале» – труды Шварцмана занимали заметную часть редакционного портфеля. Как и положено, бессменный секретарь редакции милейшая Анна Моисеевна давала всю эту «шварцманиану» на рецензии разным московским астрономам и перебрала почти всех. Коллеги отделывались, как обычно, краткими, поверхностными, сугубо отрицательными отзывами. До поры до времени чаша сия меня миновала. Но пришёл и мой час: мне были вручены пять довольно толстых, написанных от руки тетрадок – сочинения Д. Шварцмана. Я как раз собирался на очередной летний сезон в любимый Симеиз. Нужно было ликвидировать кучу московских дел, и, право же, мне было не до изучения лепета какого‑то безумца. Буквально за день до отъезда я вспомнил о злополучных тетрадках. Превозмогая отвращение и досаду, вечером стал просматривать эту пакость. Я решил Шварцмана забодать сразу же неоднократно испытанным приёмом: не читая текста, проверить размерности многочисленных, с виду довольно сложных, «трёхэтажных» формул. Способ этот верный: отсутствие логики в мышлении неизбежно должно приводить к нарушениям размерности; например, в левой части уравнения будут килограммы, а в правой – какая‑нибудь бессмысленная комбинация из сантиметров, граммов и секунд. Этим методом я хорошо владею – однажды на потеху большой аудитории «прищучил» самого академика Фесенкова. Велико же было моё изумление, когда размерности даже самых сложных формул у Шварцмана оказались правильные! Больше я ничего сделать не смог – был в полном цейтноте. На следующий день, буквально накануне отъезда, я забежал в родной ГАИШ и по своему невезению напоролся на Анну Моисеевну. К счастью, рядом оказался мой старый коллега по аспирантуре Серёжка Полосков, которого я, тонко сыграв на его всем известной любви к гонорарам («Бери Шварцмана и проси за каждую статью отдельно, ведь статьи, сам понимаешь, близнецы»), быстро уговорил отрецензировать злосчастные опусы. Убегая из ГАИШа, я оглянулся и увидел издали Серёжку и Анну Моисеевну, которые, оживленно жестикулируя, явно торговались. «Бедный Шварцман», – мелькнуло у меня в голове, но я тут же забыл об этом, так же как и о другой московской мути, от которой убегал к тёплому морю.

Когда глубокой осенью я вернулся, Сергей Матвеевич Полосков сообщил мне, что он лихо «сделал» бедного Шварцмана. И тут же поведал совершенно поразившую меня новость. Получив очередную порцию отрицательных рецензий, Шварцман отколол номер: он заперся в своей комнате, где жил один, и оставил своим соседям записку. Текст записки буквально такой: «Обскуранты от науки отвергли мою теорию. В знак протеста и во имя науки я объявляю голодовку и прекращаю приём пищи». Через неделю обеспокоенные соседи взломали дверь, и бедный автор космогонических гипотез в тяжёлом состоянии был доставлен в больницу. Рассказывая это, крупный, переполненный здоровьем Сергей Матвеевич весело смеялся. А мне стало как‑то не по себе.

Хорошо помню случившуюся через несколько месяцев после описанных событий очередную «космогонку» (так на нашем сленге назывались навязшие в зубах словопрения по т. н. «космогонической проблеме»). Совершенно не помню ни предмета словоизлияний, ни даже места, где это действо происходило. Однако до мельчайших подробностей мне врезалось в память появление, вернее, явление Шварцмана астрономическому народу. Во время перерыва между докладами появился и стал нарастать панический слух: «Идёт Шварцман!». И все (я не преувеличиваю!) бросились врассыпную – ибо почти каждый был замешан в рецензировании его муторных трудов. На что Алла Генриховна Масевич – «первая леди космогонок» – дама выдержанная, и та куда‑то сбежала. Я же, по причине сильной близорукости, как‑то замешкался, а когда опомнился, было поздно: навстречу мне по длинному коридору шла маленькая щуплая фигурка. Это и был ставший уже легендарным Шварцман. Я, словно загипнотизированный, неподвижно стоял, глупо уставившись на маленького человечка. Помню его совершенно белое молодое лицо и огромные горящие глаза.

– Вы отвергли мою теорию! – решительно сказал он.
Я стал что‑то блеять, мол, это не я, это Серёжка и пр.
– Вы отвергли мою теорию. Я вам докажу! – и с этими словами он, преисполненный достоинства, пошёл обратно.
И опять коридор наполнился «легальными» космогонистами. На душе у меня было пакостно – никак не мог забыть его глаза. (с)

Одним словом, сами понимаете, как разбираются с не вписавшимися в Систему гениями работники этой самой Системы. Впрочем, я видал и не такое, ага.

И как же я был изумлен, что, оказывается, в системе Elsevier безнаказанно публикует свои статьи некий господин Марк Регнерус (Mark Regnerus). В базе данных PubMed у него восемь статей.

Господин ученый M. Regnerus провел несколько социологический исследований семей в которых есть открытые пидарасы. Это даже не те «типа семьи», в которых есть «две папы» или там «две мамы». Это семьи, в которых один из родителей, как это сейчас называется, «вышел из шкафа». И результаты исследований довольно показательные. До кучи, доскональное изучение статей M. Regnerus-a позволяет усовершенствовать ваш английский язык. Я, например, даже и не знал, что русское выражение «пороться в очкавину» можно перевести так – «self-sex romantic relationship».

Основной вывод такой – чем больше воли и свободы самовыражения дает общество всякой гомосятине, тем больше в обществе накапливается бросового и никчемного биологического материала. Это наука – и с ней не поспоришь.

Мочи пидарасов! Наука, что российская, что валинорская дает добро!

А ведь есть куда еще расти!

Про мудака Ливанова и его бывшего начальника, выродка Фурсенку, у нас не писал и не говорил только ленивый. Однако же они даже с помощью всей мощи государственного аппарата Демократической России еще пока что не достигли подлинной глубины реформирования общего школьного образования. Хотя процесс, конечно идет. Идет он понятно куда - как бы по дороге, над которой сияет путеводная звезда благословенного Валинора.

Однако тут не все так просто. "Совковый" путь - пристойное образование всем и бесплатно мы сами с гневом отвергли в 1991 годе, так что эту тему не обсуждаем. Поэтому остается три капиталистических варианта - можно давать гражданам пристойное образование и за это обдирать их как липку, можно не давать своим гражданам пристойного образования и не обдирать их как липку, а можно (и это наш российский капиталистический путь) - не давать гражданам образования и все равно их, паразитов, всячески обирать.

Пристойное образование давали раньше в США во времена холодной войны (не забывая при этом, конечно, выворачивать карманы любящим родителям). И понятно почему - как с орками Мордорскими воевать на равных, если в Валиноре молодых эльфов наукам не учить? Поэтому услыхав что в Мордоре запустили sputnik, валинорские президенты сильно пересрали и провели таки реформы в нужном и полезном для Америки направлении.

А потом, когда Мордор пал, умные в Валиноре стали ненадобны в больших количествах. Есть прослойка яйцеголовых морлоков, есть хорошо образованная элита - ну и хватит. И новые поколения граждан стали воспитываться в духе окончательной свободы. Не знаю как там в Америке сейчас, но думаю, что совсем уж без морлоков они себя не оставят, ведь ей еще надо с Китаем разобраться. А Европе уже ничего не надо. Поэтому там творятся события печальные, я их сам наблюдал лет 10 назад, когда жил в Стокгольме и плотно общался с тамошними студентами Университета. Но с тех пор много воды утекло и живительные реформы резко усилились. Европейских беломазиков мучают разнообразно - нашествием диких чурок мудрой миграционной политикой, пропагандой всяких извращений сексуальным раскрепощением, ювенальной юстицией борьбой с насилием в семьях и, конечно, безфрустрационным воспитанием подрастающего поколения. А что может быть более фрустрирующим, чем получить плохую оценку в школе за то, что ты не решил простенькую задачку по исследованию функций с помощью производной или там не смог вычислить площадь криволинейной трапеции с помощью интегралов? Это очень, очень фрустрирует, меня по крайней мере, бывало, доводило до белого каления. Так над нами издевались гнусные большевики в "Совке", и до сих пор, говорят, во многих наших школах с этим наследием тоталитаризма не покончено окончательно. Поэтому мудрому Ливанову и Ко предстоит еще много работы, еше лет пять-десять им придется еще потрудиться на благо страны.

А во Франции, говорят, покончили и полностью изжили насилие учителей над неокрепшей детской психикой (конечно, только для быдла - для элиты там все в порядке с образованием). Статья мне очень понравилась, эх, вот так бы нам учиться, как теперь у лягушатников, или в Скандинавии! Ну да ничего, новое поколение российских детей будет, я надеюсь, счастливо и свободно так же, как счастливы и свободны нынешние европейские детишки! За вашу и нашу свободу!